![Вести из кабинетов. Допинги и пробы Вести из кабинетов. Допинги и пробы](assets/images/news/2016/03/shugarpova.jpg)
Вести из кабинетов. Допинги и пробы
08.03.2016Праздник восьмого марта приносит, к сожалению, не только приятные вести. В канун стали известны сразу 2 случая положительных допинг проб у российских спортсменок. Сперва фигуристка Екатерина Боброва, а затем и вовсе известнейшая теннисистка Мария Шарапова оказались причастны к допинговому скандалу.
Дело Бобровой ужасно неприятно, но не так трагически фатально, как в случае с Машей. Дуэт Боброва-Соловьев пропустит чемпионат мира, но есть замена в лице пары Степанова-Букин, а главное есть время заниматься разбирательствами и адвокатской защитой.
Получившая известие о пробе на Аустралиан-Оупен 2016 Шарапова времени практически лишена. Дело в том, что за использование допинга спортсмен дисквалифицируется на срок от двух до четырех лет, что лишило бы Машу возможности выступить на Олимпиаде в Рио.
С надеждой на смягчение наказания Шарапова специально созвала пресс-конференцию, на которой и выступила с повинной. Вещество, попавшее в организм обеих спортсменок, а также ранее двух украинских биатлонистов и велосипедиста из России Ворганова, называется милдронат и служит для восстановления сердечной мышцы. Милдронат запрещен лишь с 1 января 2016 года, в то время как накапливаясь в организме может выводиться до 120 дней.
Таким образом, спортсмены могли пользоваться лекарством еще в конце прошлого года, когда оно было легальным. Об этом собственно и рассказала Мария, заявив, что пользовалась им с 2006 года, а на появление его в запретном списке не обратила внимания.
Ситуация может развиваться в двух направлениях. Машу накажут примерно, от двух до четырех, что закончит карьеру. Уже понеслись рассерженные голоса «обиженных» коллег, компании разрывают спонсорские контракты, специалисты высказывают негатив. А могут, в связи с раскаиванием, дисквалифицировать ненадолго, включив в программы по борьбе с допингом, и разрешить поездку на Олимпиаду.
Очень хотелось бы верить в лучшее, посмотрим. Но всё не в наших руках, как это ни прискорбно.